ЛОГИКА

Предмет "Логика"

(Ведение в предмет)

Глава 3. Суждение
В предыдущей главе мы часто называли понятие формой мышления, и в дальнейшем нам придется называть таким же образом и суждение, и умозаключение. Из всего сказанного ранее вытекает, что обозначение понятия как формы мышления, прежде всего, объясняется его предельной универсаль-ностью в качестве логического инструмента. На основе понятия возникает суждение - более сложная форма мышления.

§11. Суждение и его типы
Если понятие является неким подобием слова естественного языка, то суждение можно сопоставить с предложением в обычной речи. Понятие, как мы помним, является отражением действительности. Но оно, тем не менее, не несет еще информации, потому что на стадии понятия логику не интересует вопрос о том, насколько отражение соответствует действительности и соответствует ли ей вообще. В этом смысле о самих вещах понятие еще ничего не говорит. Оно поэтому не может быть ни истин-ным, ни ложным, пока не войдет в состав суждения.
Суждение же делает какие-то утверждения о вещах, говорит о том, чем они являются или не являют-ся: "Ель зеленая", "Некоторые рефлексы не являются условными", "Продукция сельского хозяйства, как правило, не является рентабельной", "Большинство граждан являются законопослушными", "Экспортные товары обычно высококачественны". Поэтому в отличие от понятия суждение всегда можно оценить как истинное или ложное. Оно, как говорят в таких случаях, обязательно имеет се-мантическое значение; это его неотъемлемое свойство. Имеются у него еще и другие дополнитель-ные свойства. В целом содержание этой формы мышления можно выразить в трех положениях.
Суждение - это такая форма мышления, которую отличают такие свойства: 1) что-либо утверждать или отрицать 2) относительно всех или части предметов, свойств, явлений, процессов какого-либо рода; 3) выражать либо истину, либо ложь.
Любое предложение допустимо рассматривать как суждение, когда его можно оценить с точки зре-ния истинности. Таковыми не являются только побудительные и вопросительные предложения. В них (в вопросах, призывах, командах), не делается сопоставления наших представлений о действи-тельности с ней самой, по этой причине они не содержат ни истины, ни заблуждения. Так, не пред-ставляют собой суждений высказывания вроде: "Что есть истина?"; "Встать, суд идет!"; "Шапки до-лой, коли я говорю".
Суждения воспроизводят отношения и связи между вещами, а также между вещами и свойствами, причем таковыми могут стать и предметы, и явления, и их различные особенности, и процессы, и даже абстрактные мысленные образования - все, что угодно. Отмеченные в суждении отношения мо-гут на самом деле иметь место, но могут и отсутствовать в действительности, когда суждение ложно; они устанавливаются через наблюдение вещей или заимствуются из других наук. Наиболее распро-страненными и лучше всего изученными являются так называемые суждения свойств, или категори-ческие. В них указывается принадлежность (или не принадлежность) предметам тех или иных свойств: "Металлы электропроводны", "Некоторые газеты не являются ежедневными", "Часть людей имеет меланхолический темперамент", "Таможни относятся к государственным учреждениям".
Наряду с ними имеются также суждения отношений, или релятивные: "Киев древнее Москвы", "Де-сять больше семи", "Каренин любит Анну". Их отличительная особенность состоит в том, что отме-чаемое ими свойство нельзя отнести к одному объекту. Оно возникает из взаимодействия двух, а то и большего их числа, называемых релятами. Для записи таких суждений часто используется символи-ческая форма: aRb, где a и b обозначают реляты - предметы, связанные отношением.
Суждения отношений делятся на транзитивные и не транзитивные, симметричные и несимметрич-ные, рефлексивные и нерефлексивные, а также некоторые другие. Транзитивными являются те, у ко-торых отношения могут переноситься на другие пары. Так, если Киев древнее Москвы, а Москва древнее Костромы, то тогда правильно будет утверждать: Киев древнее Костромы. Можно это выра-зить и с помощью символов: если aRb и bRc, то тогда aRc. С отношением же "любить" такой перенос недопустим (если Каренин любит Анну, а Анна любит Вронского, то отсюда ни в коем случае не следует, будто Каренин любит Вронского). Следовательно, первое отношение транзитивно, второе нет. Симметричность выражается в возможности менять реляты местами: aRb = bRa. Если, скажем, треугольник A подобен треугольнику B, то тогда и треугольник B подобен треугольнику A. При не-симметричных отношениях такая перестановка приведет к ошибкам, как это легко увидеть на приме-ре суждения: "Потемкин - фаворит Екатерины II".
Рефлексивность имеет место тогда, когда сохраняет смысл запись aRa. Такие отношения, как можно догадаться из этой записи, могут быть приложимы и к самому себе тоже. Например, во многих слу-чаях защищать кого-то означает одновременно защищать себя, а равенство одной величины другой означает и равенство самой себе. Отношения, соединяющие в себе транзитивность, симметричность и рефлексивность, называют отношениями типа равенства.
Формально релятивные суждения можно считать обычными категорическими суждениями, если рас-сматривать отношение как свойство одной из сторон. Но только для этого суждение лучше всего пе-реформулировать, чтобы было отчетливо видно, к какой из двух сторон относят выраженное в суж-дении свойство. Так, релятивное суждение "Каренин любит Анну" можно переделать в категориче-ское двумя способами: "Каренин является тем, кто любит Анну" и "Анна любима Карениным".
Еще одну группу образуют суждения существования, с помощью которых отмечается наличие (или отсутствие) в действительности тех или иных явлений: "Существуют различные философские шко-лы", "Не существует 31 апреля". В разделе о законе исключенного третьего уже говорилось о том, что в математике иногда очень трудно решить вопрос об истинности таких суждений. Здесь можно добавить: философия тоже сталкивается с такими проблемами. Как, скажем, ответить на вопрос: кто изобрел колесо? Трудность не только в том, что у нас нет сведений о людях того времени. Сложность усугубляется главным образом тем, что такого изобретателя, скорее всего не существовало, так как употребление колеса, надо думать, входило в жизнь постепенно, может быть, на протяжении тысяче-летий. Авторство одного человека здесь вряд ли возможно. Но ведь то же самое затруднение возник-нет и при рассмотрении любого другого открытия. Оно всегда обусловлено предшествующим опы-том и знаниями и в определенном смысле является результатом всего научно-технического прогрес-са в целом. Так ли уж безусловно можно считать Эйнштейна создателем теории относительности, а Ньютона - теории тяготения, если предположение о сокращении пространственно-временных интер-валов высказано еще в 1887 году Фитцджеральдом и довольно оживленно обсуждалось среди физи-ков, а гипотезу о земном тяготении высказал сначала Ф. Бэкон и даже предложил несколько экспе-риментов для ее проверки? Учение о естественном отборе тоже вряд ли появилось бы на свет, не опирайся Дарвин на большой материал о развитии природы, накопленный биологией. Никто, конеч-но, не станет оспаривать заслуги или гениальность этих титанов науки. Речь идет о том, существует ли единственный автор у достижений, считающихся их творениями. Могли ли они к ним прийти са-мостоятельно, без вклада, сделанного другими.
У проблемы существования имеются и другие не менее сложные аспекты. В каком смысле сущест-вуют, скажем, идеи, понятия и многие другие продукты мысли? Считать их несуществующими явно несостоятельно, так как идеи способны менять мир, и порой их воздействие куда весомее, чем у ма-териальных факторов. Но и признавать мысленные образования обычной реальностью тоже недопус-тимо уже хотя бы потому, что тогда надо будет признать существующими в обычном смысле и вся-кого рода химеры, фантомы, нелепости; трудно даже будет назвать что-либо несуществующим.
Выделение суждений существования в особую категорию оправдано наличием у них особой специ-фики. В математике их принято записывать с помощью символа, представляющего собой обращен-ную букву Е - (. Выражения вида ((x) читаются: существует x. А запись ((x)F(x) означает: существует x, обладающий свойством F.
Однако в рамках традиционной логики и с суждениями существования тоже можно обращаться как с обычными категорическими суждениями, рассматривая существование в качестве разновидности свойства, которое приписывается каким-то явлениям или отрицается у них. В дальнейшем мы будем говорить только о категорических суждениях, не подчеркивая этого специально.

§12. Структура суждения
В содержании суждения прежде всего имеются два важнейших компонента - субъект и предикат. Субъект - это понятие, отображающее предмет, о котором идет речь. Его можно было бы также на-звать логическим подлежащим, так как в функциях того и другого много сходного. Для обозначения субъекта используется латинская буква S. Предикат же можно уподобить логическому сказуемому, поскольку этот структурный элемент выражает свойства, приписываемые предметам из объема по-нятия-субъекта или отрицаемые у них. Обозначают предикат латинской P. В суждениях "Роза крас-ная", "Гитара семиструнная" субъектами являются "роза" и "гитара", а предикатами - "красная" (все то, что называется красным) и "семиструнная" (все то, что называется семиструнным). Само собой понятно, что и тот, и другой компонент могут задаваться многими словами. Например: "Небесные тела, движущиеся по гиперболическим орбитам, обладают энергией, достаточной, чтобы преодолеть тяготение Солнца и выйти за пределы Солнечной системы" - в этом суждении субъект записан сло-вами: "Небесные тела, движущиеся по гиперболическим орбитам", в то время как предикатом явля-ется вся остальная часть всего утверждения.
В отличие от предложения все содержание суждения распределяется только между двумя составны-ми частями - субъектом и предикатом. У предложения структурных элементов бывает больше. Тео-ретически это означает, что некоторые оттенки смысла, выражаемые словами в естественных языках, выпадают из рассмотрения, когда на предложение смотрят как на суждение. Оно в этом случае теря-ет какую-то часть окраски, хотя утрату чаще всего трудно заметить. Скажем, выражение вроде: "На нем лица нет" может иметь в виду в качестве предмета внимания и выражение лица, и растерявшего-ся человека (лицо только признак). Имея дело с такими выражениями, надо каждый раз оговаривать, что будет рассматриваться как субъект, а что как предикат. Еще лучше просто переформулировать предложение, чтобы отчетливее обозначить в нем структурные элементы суждения. Скажем, извест-ное изречение "Повинную голову меч не сечет" может иногда характеризовать правосудие и тогда оно означает: "Карающий меч не (есть то, что) обращают на повинившегося человека" (S - карающий меч, P - то, что обращают на повинившегося человека). Но бывает, что эти слова прилагаются к рас-каявшемуся преступнику и тогда в качестве суждения они должны звучать так: "Повинившийся че-ловек не (есть такой, кого) карают мечем" S - повинившийся человек, P - те, кого карает меч).
Еще одна ступень упрощения мысли в суждении состоит в том, что оно не передает так называемое логическое ударение. Так, в суждение "Фабрика поставляет новые игрушки" можно вложить до не-которой степени различный смысл, если интонационно выделить в нем разные слова:
"Фабрика поставляет новые игрушки",
"Фабрика поставляет новые игрушки",
"Фабрика поставляет новые игрушки",
"Фабрика поставляет новые игрушки".
Правда, ради точности надо отметить, что такие тонкости могут не передаваться и при написании тоже, если не прибегать к подчеркиванию, следовательно, они могут исчезать уже при переходе сло-ва из звучащего в написанное. Однако в художественных текстах хорошие мастера слова умеют вы-делить нужное звено фразы, используя различные стилистические приемы; в стихе с его ритмикой это достигается еще вернее. Но можно и наоборот, сознательно не делать стилистического выделе-ния, сохраняя актуальными все возможные оттенки смысла, поскольку художественный образ тем совершеннее, чем он полнее. "Белеет парус одинокий в тумане моря голубом" - эти знаменитые лер-монтовские строчки тоже представляют собой предложение и потому тоже могут быть превращены в суждение. Но однозначное разбиение его на субъект и предикат вряд ли выполнимо (если иметь в виду разбиение без утраты поэтических красок). Можно считать субъектом "белеющее", которое ха-рактеризуется как одинокий парус в голубом тумане. Но допустимо также предположить, что здесь речь идет о "белеющем парусе", одиноко маячащим в голубом однообразии. Нельзя отбрасывать в качестве субъекта и "одинокий парус", белеющий в морском мареве. На каком же из вариантов оста-новиться? Думается, неповторимое очарование этих строк создается как раз тем, что в них вложены все эти смыслы вместе. Картина является, таким образом, многомерной. Между тем если бы нам вздумалось рассуждать по поводу мыслей, высказанных в этих стихах, или если бы мы захотели про-верить, не отступил ли поэт в последующих выражениях от того, что сказал сначала, то тогда нам пришлось бы оставить в рассмотрении только один какой-нибудь смысл; иначе рассуждение невоз-можно будет построить.
Художественное слово создает образы, а не понятия. В образах же передаются настроения и пережи-вания - текучие, мимолетные. Логика полностью отвлекается от них.
Сказанное ни в коем случае не следует понимать как некую необязательность законов логики в опре-деленных условиях. Логические законы универсальны, и нарушать их нельзя. Поэту тоже непозволи-тельно называть парус то белым, то голубым; и отыскание таких нарушений, когда они случаются, не вызовет затруднений. Но в действительной мысли могут соседствовать и объект внимания логики, и объект внимания художников слова. У каждого свои законы и они наслаиваются друг на друга. Предметом логики является только скелет мысли, ее устойчивый остов. Подобно тому, как архитек-тура требует соединять в одном сооружении и требования законов прочности, и требования законов красоты, иначе оно либо рассыплется, либо не станет шедевром, так и мастера слова должны неукос-нительно соблюдать законы последовательности и определенности, если хотят, чтобы их понимали, но они не могут обходиться только ими, дабы изложение не стало сухим и однообразным, как прото-кольная запись. Им надо пользоваться еще и художественными приемами с их правилами и закона-ми.
Помимо субъекта и предиката в составе суждения имеются еще два структурных элемента, которые, однако, задают логические свойства самих суждений как форм мышления, а не их содержание. Один из них - связка. Она обозначается словами "есть", "является", "представляет собой" и другими экви-валентными им выражениями. В предложениях русского языка этот элемент, как известно, может опускаться, например, в высказывании "Футбол есть спортивная игра" связка выражена явно, а в вы-сказывании "Народ - творец истории" она подразумевается, хотя в явном виде ее нет. Без связки суж-дения не бывает, потому что без нее нельзя было бы задать отношение между предметом и его свой-ством - принадлежит оно предмету или не принадлежит. Совокупность особенностей суждения, вы-ражаемых в нем этим его структурным элементом, называют качеством суждения: когда свойство, отмечаемое в предикате, приписывается субъекту, оно утвердительное, когда же отмечается его от-сутствие, - отрицательное. "Некоторые пошлины взимаются с цены товара" - утвердительное сужде-ние; оно приписывает части пошлин свойство быть взимаемыми с цены. "Прокурор не имеет права быть адвокатом" - отрицательное, отрицает у прокуроров свойство быть адвокатом.
Последний структурный компонент суждения - квантор. Он выражается словами "все", "каждый", "всякий", "никакой", "некоторый", "большинство", "отчасти", "почти все" и пр. (в русском языке и квантор тоже может опускаться). Он служит для указания количественной характеристики суждения - общее оно или частное. Если понятие, стоящее на месте субъекта, берется во всем объеме, то суж-дение общее. "Все млекопитающие - позвоночные", "Оранжерея - помещение для выращивания рас-тений" (подразумевается, как легко догадаться, всякая оранжерея) - примеры общих суждений. В том случае, когда говорится о части объема понятия-субъекта, тогда перед нами частное суждение. При-мером таковых могут быть: "Некоторые товары ввозятся контрабандным путем", "Большинство пси-хических актов протекает бессознательно".
Правда, по количеству можно выделить еще одну категорию - единичные суждения, у которых в ка-честве субъекта берется единичное понятие: "Данная заметка уже опубликована", "Кутузов не ко-мандовал русской армией в 1812 году до начала августа". Мы сталкивались уже с их спецификой при рассмотрении закона исключенного третьего. По своим логическим свойствам единичные суждения относятся, однако, к суждениям общим, как ни покажется это парадоксальным. Хотя их содержанием действительно являются отдельные частные явления, события или лица, тем не менее, для определе-ния их количества решающее значение имеет то, что в суждении такого рода всегда охватывается весь объем понятия-субъекта. Частей у таких объемов просто не бывает. Бессмысленно было бы го-ворить, как отмечалось раньше, о некоторых Кутузовых.
Следует различать и два смысла слова "некоторые". Допустим, нам сказали: "Некоторые гитары имеют не менее шести струн". Дали ли нам тем самым правильную информацию об этой разновид-ности щипковых инструментов, можно ли, иными словами, считать данное высказывание истинным, если на самом деле у всех современных гитар не меньше шести струн? Ответить на этот вопрос мож-но по-разному в зависимости от того, что вложено в высказывание о гитаре. Оно могло иметь в виду, что только некоторые из этих музыкальных инструментов таковы, и тогда утверждение ошибочно. Но чаще подобными выражениями сообщают, что, по крайней мере, некоторые предметы обладают таким-то свойством, оставляя в неопределенности вопрос о том, обладают ли им все остальные. При такой интерпретации те же слова надо признать истинными. Когда их произносят и вкладывают в них такой смысл, то хотят этим сказать: по крайней мере, часть гитар совершенно точно обладает шестью струнами; такое утверждение останется истинным, даже если окажется, что все они облада-ют этим свойством, ибо если все предметы обладают каким-то свойством, то значит, часть их тоже обладает им.
Суждения, у которых квантор "некоторые" имеет смысл "по крайней мере, некоторые, но, возможно, и все", называют неопределенно-частными, или невыделяющими. Те же, у которых "некоторые" оз-начает "только некоторые", получили название определенно-частных, или выделяющих. Традици-онная логика имеет дело, прежде всего с неопределенно-частными суждениями как более распро-страненными. В дальнейшем мы будем говорить в основном о них. Так что для нас будет истинным как суждение: "Некоторые прокуроры не адвокаты" (на самом деле они все не адвокаты), так и суж-дение: "Некоторые студенты сдают экзамены". Если же речь пойдет об определенно-частных сужде-ниях, то это будет специально оговариваться. Следует помнить, что в языке не всегда явно выража-ется характер квантора "некоторые". Так, в суждениях "Некоторые кардиналы становятся римскими папами" и "Некоторые кардиналы знают латынь" в первом случае мы имеем дело с определенно-частным, а во втором - с неопределенно-частным суждениями.

§13. Объединенная классификация суждений
Исходя из всего изложенного в предыдущем разделе, все суждения делятся по качеству на две кате-гории - утвердительные и отрицательные, и по количеству тоже на две - общие и частные. В логике принято объединять эти две пары категорических суждений в единую классификацию, в которой по-лучается четыре вида. У каждого из них есть свое обозначение латинской буквой и их все можно вы-разить одной формулой:
Все (некоторые) S есть (не есть) P.

При выполнении логических операций удобно использовать круговые схемы Эйлера. Графическое изображение соотношений между понятиями по объему одинаково для одних и тех же видов сужде-ний, но у большинства из них допускается более одного варианта. Желательно их знать и хорошо помнить.
Общеутвердительное суждение. Всем предметам приписывается какое-то свойство. Оно, следова-тельно, является общим по количеству и утвердительным по качеству. Структура такого суждения - "Все S есть P". Например, 1) "Все планеты - небесные тела" или 2) "Квадрат - прямоугольник с рав-ными сторонами"; а так как единичные суждения тоже относятся к общим, то и высказывания 3) "Уральские горы протянулись с севера на юг" и 4) "Данное преступление совершено вчера" тоже от-носятся к общеутвердительным суждениям. Их принято обозначать буквой A (a) - первой гласной латинского affirmo (утверждаю). Тогда ту же структуру можно изобразить так: S a P; читается: все S есть P.

Если изобразить соотношение понятий, входящих в это суждение, круговыми схемами, то общеут-вердительному суждению, как правило, соответствует нижняя часть рисунка 3. В нем все S входят в объем понятия P (отношение подчинения).

Так, все планеты, естественно, должны входить в круг тел, относимых нами к небесным телам, Уральские горы, согласно суждению (3), входят в число всего того, что можно отнести к протянув-шемуся с севера на юг, а преступление, о котором речь в суждении (4), обязательно должно охваты-ваться кругом событий, произошедших вчера. И только для суждения (2) надо брать верхнюю часть этого рисунка, так как данные понятия равнозначны и потому изображающие их круги сливаются.


Следует помнить, что кругами надо изображать то, что сказано в суждении, а не то, что есть в дейст-вительности. Расхождение между тем и другим возникает в случае ложных высказываний. Напри-мер, суждению "Птица - летающее позвоночное" соответствует нижняя часть рисунка 3, хотя не все птицы входят в число летающих позвоночных. Но это говорит только о том, что данное суждение (относящее всех птиц к летающим животным) ложно.

Общеотрицательное суждение. Этот вид суждения является общим по количеству и отрицательным по качеству - у всех предметов отрицается какое-либо свойство: все (никакое) S не есть P. 1) "Ника-кая параллель не пересекает экватор", 2) "Дельфин не рыба", 3) "Всякая война не обходится без жертв" - примеры таких суждений. Их обозначают первой гласной из латинского nego (отрицаю) - E (e). Краткая запись: S e P. Читается: все (никакое) S не есть P.

Общеотрицательное суждение "Ни одно S не есть P" изображается двумя кругами вне друг друга, как для несравнимых понятий (рис. 4).
Частноутвердительное суждение образуется тогда, когда берется высказывание, частное по количе-ству и утвердительное по качеству, стало быть, части предметов приписывается какое-то свойство. Например, 1) "Некоторые студенты изучают китайский язык", 2) "Большинство учебников не явля-ются задачниками", 3) "Преступники порой избегают наказания". Символическим обозначением ему служит вторая гласная из того же слова affirmo - I (i), так что записывается оно так: S i P; читается: некоторые S есть P.

Частноутвердительным суждениям соответствуют две круговые схемы (рис. 5). Чаще всего S и P яв-ляются перекрещивающимися понятиями, поэтому круги, отображающие объемы субъекта и преди-ката пересекаются. Так, круг лиц, называемых студентами, лишь частично накладывается на круг лиц, которые изучают китайский язык; и в первой и второй категории людей есть такие, кто принад-лежит только к одной из них и не принадлежит к другой. Учебники же и задачники находятся в от-ношении подчинения (хотя лишь некоторые учебники - задачники, но все задачники являются учеб-никами, поэтому круг для P полностью входит в круг для S).

Используя круговые схемы, надо помнить, что, строго говоря, содержание понятий задается только определением, а оно чаще всего лишь подразумевается и иногда может быть истолковано неодина-ково. Так, в суждении о преступниках под избегающими наказания можно иметь в виду вообще всех, кто сумел уйти от него: нерадивых работников, проштрафившихся учеников и т.п. Тогда между S и P отношение перекрещивания. Но если сюда относить только преступников, которым удалось избег-нуть кары, то тогда те же понятия окажутся в отношении подчинения.
Частноотрицательное суждение, как легко понять по аналогии с предыдущими, является частным по количеству и отрицательным по качеству. Для обозначения берется вторая гласная из слова nego - O (o). Тогда структура суждения - S o P; читается: некоторые S не есть P. 1) "Некоторые законы не имеют обратной силы", 2) "Большинство музыкантов не скрипачи", 3) "Иные из бабочек не являются однодневками", 4) "По меньшей мере, часть грибов не относят к высшим растениям".

Соотношение по объему может изображаться тремя вариантами, показанными на рисунке 6. Закон, с одной стороны, и все то, что можно назвать имеющим обратную силу, с другой стороны (о которых идет речь в первом суждении), образуют, очевидно, отношение пересечения. Легко также понять, что в суждении (2) понятия "музыкант" и "скрипач" образуют отношение подчинения. В суждении (3), однако, такой однозначности уже нет. Если под "однодневками" иметь в виду только однодневных бабочек, то тогда между понятиями, стоящими на месте субъекта и предиката, отношение подчине-ния. Но, строго говоря, под "однодневным" можно понимать и все, что длится не более одного дня, - от грозы до курса ценных бумаг; в таком случае те же понятия образуют отношение пересечения. В суждении (4) речь идет о несовместимых понятиях, поскольку все грибы - низшие растения (поэтому не только некоторые из них, но и все они не относятся к высшим). Тем не менее, данное суждение является истинным, так как в нем дается осторожное ручательство всего лишь за часть грибов. На-помним еще раз, что в традиционной логике квантор "некоторые" имеет (когда не сделано специаль-ных оговорок) именно такой смысл - "некоторые, но, может быть, и все".
Следует твердо помнить, что, определяя вид суждения по объединенной классификации, мы должны принимать во внимание только то, что в нем говорится, а не отображаемую в нем действительность. Между ними может не быть совпадения, поскольку встречаются высказывания также и ложные. На-пример, суждение "Утка - домашняя птица" является, очевидно, общеутвердительным и ему соответ-ствует круговая схема рис. 3 (все утки входят в круг домашних птиц). В действительности же их сле-дует изображать, как легко понять, пересекающимися, ведь некоторые из уток являются дикими и, следовательно, не входят в число домашних птиц. Тем не менее, в дальнейшем анализе данное суж-дение все равно должно остаться для нас общеутвердительным по своим логическим свойствам и его надо будет изображать кругами для подчиненных понятий, но только при этом придется помнить, что мысль, содержащаяся в этом суждении, является ложной.

§14. Распределенность терминов в суждении
Свойства суждений определяются еще одним важным показателем - распределенностью их терми-нов, который играет большую роль в правилах умозаключений. Оно отображает полноту выражен-ных в суждении знаний о тех предметах, явлениях, свойствах, которые входят в объемы понятий субъекта и предиката, то есть об упоминаемых в суждении вещах и их свойствах. Одни из них харак-теризуются прямо, другие же лишь косвенно. Например, суждение "Передвижники являлись русски-ми художниками", с одной стороны, дает сведения непосредственно о членах Товарищества пере-движных художественных выставок (все они русские художники), с другой стороны, окольным пу-тем характеризует и русских художников того времени (часть из них была передвижниками). Точно также и суждение, допустим, "Невменяемые не привлекаются к ответственности" дает информацию как о невменяемых, о так и привлекаемых к ответственности: все невменяемые не принадлежат к числу тех, кого привлекают к ответственности, и все привлекаемые к ответственности не являются невменяемыми.
Оба термина суждения характеризуются, следовательно, и в качестве свойства предмета, и в качестве самого предмета. Но надо помнить, что характеристика такого рода зависит от многих обстоятельств и может не в одинаковой мере затрагивать оба термина.
Градаций распределенности всего две: либо мы получаем сведения обо всем объеме, либо только о части; это соответствует и делению суждений по количеству на общие и частные.
Термин суждения является распределенным, если он взят в нем во всем объеме, то есть из суждения видно, что все предметы его объема обладают (не обладают) каким-то свойством.
Термин суждения является нераспределенным, если он берется не во всем объеме - лишь часть пред-метов его объема обладает (не обладает) каким-то свойством.
Для распределенности имеет значение только полнота знаний об объеме. Характеризуется ли термин в утвердительной форме (ему приписывается свойство) или в отрицательной (отрицается таковое у него), не играет роли. Когда про объем понятия известно, что все его предметы не обладают таким-то свойством, то он все равно является так же распределенным, как если бы было известно, что все они обладают им. Правда, для одного и того же суждения распределенность должна иметь один и тот же смысл: характеризуется один из терминов как распределенный в качестве обладающего тем или иным свойством, тогда и другой термин тоже должен оцениваться на распределенность по признаку именно обладания свойством.
Нам осталось только рассмотреть все виды суждений и отметить распределенность терминов в каж-дом из них. Для этого полезно будет обращаться к рисункам 3-6, на которых воспроизводятся объем-ные соотношения между понятиями, играющими роль терминов в суждении.
В общеутвердительном суждении субъект всегда распределен. На это указывает квантор. Обычно стоящее на месте предиката понятие шире по объему, чем то, которое стоит на месте субъекта (рис. 3), как, например, в суждении "Каждый поэт - литератор". Предикат же, как правило, не распределен. В данном случае это видно из того, что не все литераторы поэты. Но могут быть и исключения, когда субъект (S) и предикат (P) образуют равнозначные понятия и тогда оба термина - и S, и P - распреде-лены. Таковы суждения "Правительство - кабинет министров" и "Клептомания - болезненно навязчи-вое стремление к воровству". Поскольку понятия в них равнозначны, то значит, всякий кабинет ми-нистров является правительством и всякое болезненно навязчивое стремление к воровству есть клеп-томания. Правда, для логики, которая создает правила оперирования понятиями на основе только формы высказываний (не обращаясь к содержанию), такие исключения не имеют принципиального значения. Потому что их можно учесть лишь при знании материала, затронутого в данном суждении. Сама же форма общеутвердительного суждения твердо гарантирует только то, что часть предметов, о которых говорится в предикате, обязательно обладает свойством S. Мы будем считать, поэтому субъект общеутвердительного суждения всегда распределенным, а предикат нераспределенным.
В общеотрицательном суждении оба термина всегда распределены. Раз в нем прямо отрицается при-надлежность всех предметов одного класса к предметам другого, то тем самым отрицается и принад-лежность всех предметов второго к первому (рис. 4). Из-за того, что никакой кит не является рыбой, мы легко придем к выводу, что никакая рыба не является китом. Значит, в общеотрицательных суж-дениях оба термина характеризуются в полном объеме как не принадлежащие к какому-то классу предметов.
Частноутвердительное суждение всегда имеет нераспределенный субъект; на это указывает квантор "некоторые". Предикат тоже чаще всего не является распределенным, как в суждении "Некоторые музыканты - филателисты"; эти два понятия относятся к числу пересекающихся, поэтому часть лю-дей одной категории обладает свойством другой, а часть нет (рис. 5). Но здесь тоже бывают исклю-чения. Они относятся к тем случаям, когда между S и P отношения подчинения и S подчиняет себе P. Так, в суждении "Некоторые музыканты скрипачи" понятие скрипачей полностью входит в понятие музыкантов. Следовательно, термин, стоящий на месте предиката в таком суждении оказывается распределенным. Тем не менее, для полной достоверности выводов с такими суждениями надо пола-гаться на самый худший вариант: всегда и во всех случаях лишь часть предметов из объема P обла-дает свойством (или входит в объем) S. Таким образом, субъект и предикат частноутвердительного суждения всегда выступают нераспределенными.
У частноотрицательного суждения субъект тоже всегда не распределен по тем же причинам, что и в суждении частноутвердительном: часть предметов из объема S обязательно не обладает свойством, составляющим содержание P. С предикатом дело, однако, обстоит сложнее для понимания, так как этой категории суждений соответствует целых три разных варианта соотношений по объему между S и P (рис. 6). Поэтому понятие-предикат характеризуется очень различно с точки зрения необладания свойством, и спектр различия колеблется в крайних пределах: ни один не обладает свойством - все обладают им. Например, суждение "Некоторые альпинисты не являются горноспасателями" будет истинным как в том случае, если круг лиц, обозначаемых понятием "альпинист", совершенно не со-прикасается с кругом "горноспасателей", так и при условии, что часть лиц входит и туда, и сюда, и даже если весь объем "горноспасателей" входит в объем "альпинистов"; ложным это суждение было бы только в одном случае: все альпинисты - горноспасатели.
Однако в теории умозаключений, где, прежде всего, используется распределенность терминов, как и в предыдущих видах суждений, оказывается достаточно учесть один предельный случай - все пред-меты из объема P не обладают свойством, о котором говорится в S. Если же окажется, что только часть предметов, охваченных понятием-предикатом, не обладает соответствующим свойством, то все правила умозаключений относительно распределенности сохраняют силу и тут тоже. Мы поэтому не придем к ошибочным выводам, если всегда будем считать распределенным понятие, образующее предикат частноотрицательного суждения, а субъект нераспределенным.
Итак, субъект всегда распределен в общих суждениях и не распределен в частных. Предикат всегда распределен в отрицательных суждениях и не распределен в утвердительных.

§15. Логический квадрат
Благодаря количественным и качественным характеристикам даже суждения с одними и теми же субъектами и предикатами могут различаться между собой. Их называют суждениями с одинаковой материей, потому что в них речь идет об одних и тех же предметах и об тех же самых их свойствах, только в утвердительных суждениях эти свойства приписываются, а в отрицательных - отрицаются, в частных говорится о некоторых из предметов, в то время как в общих речь идет обо всех. Между су-ждениями этого рода устанавливаются определенные твердые соотношения по их истинностным значениям. Так, если мы возьмем общеотрицательное суждение "Ни один из киосков в этом квартале не торгует цветами" и если оно истинно, то тогда ни в коем случае не может быть истинным частно-утвердительное суждение о том же - "Некоторые из киосков в этом квартале торгуют цветами". Точ-но так же, если бы второе было истинным, то в таком случае обязательно ложным было бы первое. Отношения между другими парами суждений с тем же субъектом и таким же предикатом выглядят иначе, но главное, что они существуют и их можно выявить.
Всю систему взаимообусловленности истинностных значений суждений с одинаковой материей удобно изобразить графически с помощью так называемого логического квадрата.
Буквы на его углах символизируют различные виды суждений - A, E, I, O (см. рис. 7). А его стороны и диагонали выражают всю совокупность возможных отношений между ними. Линия AE образует отношение противоположности или, иначе, контрарности. Пары этих суждений никогда не могут быть одновременно истинными; в нашем примере истинность того и другого означала бы, что верно как утверждение о том, что все киоски в этом квартале торгуют цветами, так и о том, что ни один из них ими не торгует. Очевидно, такое невозможно. Другие же сочетания значений для пары S a P и S e P допустимы: могут быть оба ложны, и может одно быть истинным, а другое ложным. Отсюда по-лучается правило: когда одно из противоположных суждений (S a P или S e P) истинно, то можно уверенно делать вывод, что противоположное ему истинным не является, когда же одно ложно, то никаких выводов о противоположном делать нельзя, оно может быть и тем, и другим.
Две расположенные по диагонали пары AO и EI составляют отношение противоречия или контра-дикторности. Их истинностные соотношения легче всего запомнить: они не бывают ни одновремен-но истинными, ни одновременно ложными. Следовательно, их истинностные значения регулируются законом исключенного третьего: когда одно истинно, другое обязательно ложно и наоборот. Это значит, установив истинностное значение одного из членов пары, каким бы оно ни было, мы тем са-мым однозначно установили значение лежащего против него по диагонали.
Нижняя сторона квадрата IO выражает отношение частичной совместимости, или, иначе, субкон-трарности. В отличие от противоположных суждений эта пара никогда не бывает одновременно ложной. В принципе можно рассматривать данное обстоятельство как следствие, обусловленное пер-выми двумя отношениями. В самом деле, попробуем воспользоваться теми соображениями, которые были высказаны о противоположных и противоречащих суждениях, предположив сначала, что S i P ложно, и определив значение S o P в таком случае, затем проделаем то же самое, отправляясь от того, что ложно S o P. Итак, допустим, что S i P ложно. Тогда противоречащее ему суждение S e P истинно (ибо лежащие по диагонали пары не могут быть вместе ни истинными, ни ложными); отсюда следу-ет, что противоположное S e P суждение S a P должно быть ложным (так как из противоположных пар суждений истинным может быть только одно); но, установив ложность S a P, мы обязаны при-знать истинным противоречащее ему суждение S o P. Совершенно аналогично, допустив ложность S o P, мы обратным порядком придем к утверждению, что S i P в таком случае должно быть истинно. Однако при других истинностных значениях их взаимообусловленность отсутствует. Предположив, что S i P (S o P) истинно, мы сможем, правда, прийти к выводу о ложности противоречащего ему су-ждения S e P (S a P), но дальше рассуждение оборвется, так как при ложности одного из противопо-ложных понятий другое может иметь любое из двух возможных значений, а значит и лежащее про-тив него по диагонали противоречащее (и одновременно субконтрарное относительно S i P) сужде-ние S o P может быть как истинным, так и ложным. Таким образом, получается правило в отношении субконтрарных суждений: когда одно из них ложно, другое обязательно истинно, но когда одно из них истинно, то о другом ничего сказать нельзя.
Стороны квадрата AI и EO выражают отношение подчинения или субординации. В какой-то мере его можно было бы уподобить отношению части и целого: истинность общего суждения (и утвердитель-ного S a P, и отрицательного S e P) означает одновременно истинность частного (S i P и соответст-венно S o P). Если мы знаем, что все металлы электропроводны, то тем более верно говорить это о некоторых из них. Однако когда общее суждение ложно, то о частном сказать ничего нельзя; к при-меру, отрицание того, что все представители данной философской школы - идеалисты, может озна-чать как то, что их там только часть, так и то, что их там вообще нет. При движении же от частного к общему все обстоит наоборот. Лишь когда частные суждения ложны, можно делать вывод о том, что подчиняющее его суждение тоже ложно (если неверно, что часть предметов обладает (не обладает) каким-то свойством, то тогда тем более неверно сказать то же самое про все). Но если частное суж-дение истинно, то это оставляет нас в неведении относительно истинности или ложности общего су-ждения. Мы можем, например, узнать, что некоторые медведи в данной географической зоне бурые; это обстоятельство, однако, не позволит нам узнать, есть ли там еще и другие медведи или они все там бурые. Итак, основываясь на выводах об истинности общего суждения S a P и S e P, можно прийти к заключению об истинности подчиненных им суждений S i P и соответственно S o P, а от ложности частного суждения S i P и S o P можно прийти к утверждению о ложности соответствую-щих подчиняющих суждений S a P и S e P. При ложности же общих и истинности частных суждений никакие выводы по линии подчинения невозможны.

И это правило тоже можно получить в качестве следствия из отношений противоречия и противопо-ложности. Так, если общее суждение S a P (S e P) истинно, то тогда обязательно ложно противопо-ложное ему суждение S e P (S a P), а отсюда по линии противоречия получим, что истинно подчи-ненное по отношению к S a P (S e P) суждение S i P (S o P). И таким же путем, предположив лож-ность частных суждений, мы придем к выводу о ложности подчиняющих их общих. При других ис-ходных значениях рассуждения не получатся из-за того, что при ложности общих суждений не до-пускаются выводы по линии противоположности.

Необходимо помнить о том, что теория логического квадрата построена только для неопределенно-частных суждений, когда под словом "некоторые" подразумевается "как минимум некоторые, а мо-жет быть и все". На определенно-частные, или выделяющие суждения с квантором "только некото-рые", она не распространяется. Система отношений истинностных значений для этого случая не ук-ладывается в квадрат, но зато она выглядит проще. 1) Когда истинно одно из общих суждений, то все остальные обязательно ложны; обратное тоже верно. 2) Частные суждения либо оба вместе истинны (и тогда оба общих ложны), либо оба вместе ложны (и тогда одно из общих истинно, а одно ложно).
Законы логического квадрата, как и остальные логические законы, не зависят от содержания выска-зываний. О чем бы ни шла речь, все отмеченные правила действуют неукоснительно. Даже если нам непонятно содержание, то все равно, опираясь на одну только логическую форму, можно сделать правильные выводы или проверить, верно или нет построено то или иное рассуждение с использова-нием суждений одинаковой материи.
Допустим, перед нами такой текст: "Неправильно говорить, что (1) некоторые целлы представляют собой наосы, и еще более ошибочно считать, будто (2) никакие целлы не являются наосами". Чтобы разобраться с содержанием этих мало кому известных понятий, надо сначала решить, каковы эти су-ждения по качеству и количеству и какое между ними отношение. Первое из них частноутвердитель-ное - S i P, второе - общеотрицательное - S e P. Следовательно, они расположены по диагонали квад-рата EI и между ними отношение противоречия (не могут быть вместе как истинными, так и ложны-ми). Высказывание же объявляет их оба ложными. Отсюда мы можем заключить, что первое сужде-ние может быть только определенно-частным и означает: "Только некоторые целлы есть наосы", ко-торое объявляется ложным вместе с общеотрицательным суждением (2). Из истинностных соотно-шений для суждений с таким квантором следует, что частные суждения бывают ложными лишь од-новременно. Тогда значит и суждение частноотрицательное тоже надо признать ложным. Истинным остается только общеутвердительное суждение S a P: "Все целлы - наосы" (то и другое представляет собой название главного помещения в древнегреческом храме, то есть эти слова синонимы).
Овладение правилами логического квадрата требует обязательной проработки всех относящихся к нему упражнений и задач. Его простые по отдельности истинностные соотношения в своей совокуп-ности образуют довольно громоздкую и сложную систему.

§16. Модальные суждения
До сих пор нами рассматривались суждения, в которых отмечается только отношение между предме-том и его свойством. Это очень распространенная форма высказывания, поэтому она и является объ-ектом внимания науки о законах мышления. Однако она не является единственной. Не менее, а мо-жет быть и более широкое хождение в рассуждениях и сообщениях имеют высказывания, в которых, помимо указания на связь между субъектом и предикатом, отмечается также характер этой связи: случайно принадлежит свойство субъекту или в силу необходимости, уверены мы в знании содержа-ния высказывания или же сомневаемся, какова зависимость сделанных утверждений, скажем, от принятых в обществе ограничений и запретов, когда речь идет о нормах морали и права. Такого рода и еще многие другие дополнительные характеристики называют модальностями, а включающие их в себя суждения - модальными.
Суждения называют модальными, когда в них отмечается не только связь между субъектом и преди-катом, но и дается характеристика этой связи или выражается отношение к ней автора суждения.
Слова, указывающие на характер связи, называются модальными операторами. Иногда они не выска-зываются прямо, но из контекста видно, что их подразумевают.
В традиционной логике наиболее полно изучены так называемые атлетические модальности (от греч. aletheia - истина, т.е. истинные, подлинные), в которых отмечается степень нерасторжимости, непре-ложности обязательности связи между субъектом и предикатом: иногда она может быть необходи-мой, иногда - только возможной, в иных же случаях суждение отмечает просто фактическую связь предмета и его свойства без дальнейших уточнений.
Так, прямоугольный ромб обязательно во всех случаях является квадратом, следовательно, суждение "Прямоугольный ромб есть квадрат" является суждением необходимости или аподиктическим; тако-вы же, как правило, вообще все высказывания математики и точных наук. Именно поэтому здесь ча-ще всего не оговаривают специально необходимый характер суждений и не вводят модальных опера-торов, хотя суждения являются аподиктическими. Наряду с ними имеются суждения действительно-сти, или ассерторические; именно они рассматривались на предыдущих страницах, хотя такого на-звания и не употреблялось. И еще одна категория - суждения возможности, или проблематические. Они встречаются всюду, где обсуждаются перспективы предстоящих изменений и делаются предпо-ложения: "Возможно, вирус СПИДа не существовал прежде", "Возможно месторождение окажется перспективным".
Исследование атлетической модальности началось еще Аристотелем, так как его философия отводит очень большую роль категории возможности в ее противопоставлении действительности. В возмож-ном бытии, говорит древний мыслитель, очень много специфического, например, там не действует запрет на противоречие; спектр заключенных в любой вещи возможностей колеблется с размахом от одной противоположности до другой, так что в возможности вещь является одновременно и той, и не той: медь как материал, возможно, станет шаром, но возможно и не шаром. Необходимые же связи, наоборот, избирательны, не допускают варьирования. Равносторонний треугольник всегда является равноугольным и не может быть иным. Нас, впрочем, сейчас интересует не различие этих модальных категорий, а, наоборот, связь их между собой.
Позднее в логике стали изучаться и неатлетические модальности. Обычно в каждой из них выделя-ются, как и в атлетической, по три категории суждений - две противоположные в каком-либо отно-шении и одна нейтральная. Например: "раньше", "одновременно", "позже". Мы ограничимся здесь лишь перечислением этих видов модальных суждений.
Аксиологические модальности (от греч. axios - ценный). Она объединяет суждения, в которых дается оценка тех или иных явлений: "хорошо", "безразлично", "плохо". Эту модальность иногда называют также ценностной. Высказывания вроде: "Хорошо, что университет находится в центре города", "Плохо, что цены возрастают" - относятся к этой разновидности. Само собой понятно, что в языко-вых выражениях в качестве операторов выступают и другие слова тоже: "полезно", "вредно", "раду-ет", "огорчает", "мило", "отвратительно" и др. Может быть эта модальность выражена и в сравни-тельной форме. Тогда ее модальные операторы выглядят иначе: "лучше", "равноценно", "хуже". Уче-ние о ценностях в философии называют аксиологией. Ее задача - вскрыть основные человеческие ценности, показать историю их возникновения, определить их возможности, перспективы и место в жизни общества.
Деонтическая модальность (от греч. deontos - нужное, должное). В ней охватываются высказывания, описывающие различного рода предписания (запреты) и, прежде всего, морально-правовые нормы, могут быть сюда отнесены медицинские, технические и прочие рекомендации, ограничения, запреты. Модальными операторами для это служат: "обязательно" ("подлежит исполнению"), "безразлично", "запрещено"; к этим трем обычно добавляют еще один дополнительный оператор - "разрешено". Существует раздел этики, называемый деонтологией, в котором рассматриваются проблемы долга и должного. Деонтологией называют также врачебную этику, предписывающую нормы поведения ме-дицинского персонала и его взаимоотношения с пациентами.
Временные модальности. Их название говорит само за себя. Подобно аксиологическим, они распа-даются на две разновидности - абсолютную и относительную. Первая из них задается операторами: "всегда", "временами", "никогда". Вторая: "раньше (чем что-либо)", "одновременно", "позже (чем что-либо)".
Эпистемические модальности (от греч. episteme - знание). Эпистемологией в западной философской литературе называют теорию познания. Поэтому данную разновидность модальных суждений можно было бы называть еще и теоретико-познавательной. Здесь отмечается степень изученности явлений, о которых говорится в высказываниях. В зависимости от того, идет ли речь об уровне знания или об уровне убежденности, различают две разновидности эпистемической модальности. Одна из них вы-ражается операторами: "доказуемо" ("верифицируемо"), "неразрешимо", "опровержимо" ("фальси-фицируемо"). Для другой операторами служат: "отстаивает" ("убежден"), "сомневается", "отвергает".




ForStu / Лекции / Логика / Полная версия

Copyright © 2004-2017, ForStu

Яндекс.Метрика